События в Казахстане - незавершённая революция
Статья первого секретаря ЦК КПСС Сергея Скворцова, опубликованная в финской газете «Кансан аани»
Ниже публикуется моя статья, вышедшая в финской газете «Кансан аани», давним автором которой я являюсь.
Эта статья основана на нескольких написанных по ходу событий материалах, опубликованных в моём блоге и на сайте нашей партии. Высказанные по горячим следам суждения в целом подтвердились, однако сейчас можно сделать уже более развёрнутые выводы. Но сначала я поясню для зарубежных читателей некоторые моменты, которые вполне понятны лишь нашим соотечественникам.
После ликвидации СССР в Казахстане, как и в ряде других наших южных республик, установилась восточная деспотия. Нет, формально выборы там проводились, но их результаты не имели никакого отношения к действительности. Любая оппозиция тщательно пресекалась - вплоть до того, что за членство в «незаконном» профсоюзе налагался штраф (а законно зарегистрировать профсоюз - даже не партию - было практически невозможно). Массовые выступления нефтяников в Западном Казахстане (с исключительно экономическими требованиями) в 2011 году были жестоко подавлены - рабочих просто расстреляли.
Кроме того, все эти годы проходила «мягкая» этническая чистка не-казахов - русских, украинцев, немцев и т.д., доля которых сократилась с 70 до 30 процентов всего населения Казахстана. Постепенно вытесняется из употребления русский язык, являющийся родным даже для части казахов. А недавно началась кампания по переводу казахского языка с кириллицы, которая используется в русском алфавите, на латиницу, при том, что письменность у казахов в досоветское время вообще отсутствовала - её создали русские «колонизаторы».
По иронии судьбы, бессменным диктатором три десятилетия там являлся… бывший первый секретарь ЦК КП Казахстана и член горбачёвского Политбюро Нурсултан Назарбаев. При этом культ его личности принял просто гротескные формы. Например, Назарбаева официально называли не иначе, как с титулом «елбасы» (т.е. «лидер нации»), а столицу страны переименовали в его честь в Нур-Султан.
Но даже самый ловкий и жестокий диктатор неизбежно стареет. Не избежал этой участи и Назарбаев, который несколько лет назад начал процесс передачи власти преемнику. Им стал Касым-Жомарт Токаев, нынешний президент Казахстана. При этом Назарбаев предусмотрел возможность держать преемника на коротком поводке, законодательно закрепив за собой контрольные полномочия. Тем не менее, в считанные дни всему этому пришёл конец.
Протесты начались 2 января на западе Казахстана, и поводом для них послужило двукратное повышение цен на газовое топливо. Очень скоро волнения распространились на всю страну. События развивались с необычайной быстротой - как, впрочем, и бывает в период революционных изменений. Но можно ли назвать это революцией?
Да, это самая настоящая буржуазно-демократическая революция, хотя на данный момент она осталась, как говорят историки, «незавершённой» - когда выполняются не все её задачи. Об этом мы ещё поговорим, а пока вернёмся к хронологии событий.
Старая власть начала быстро рушиться. На западе и севере страны в результате мирных бессрочных митингов областные центры перешли под контроль протестующих, ряд стратегических отраслей парализовала всеобщая забастовка. В исторической столице и крупнейшем городе страны, Алма-Ате, после разгона властями мирных акций протеста начались ожесточённые столкновения, в которых активно участвовали деклассированные элементы. Были захвачены и разгромлены областная администрация, штаб-квартира правящей партии и старая резиденция президента Казахстана. В Алма-Ате несколько дней царило безвластие - разбежались чиновники, разбежались или перешли на сторону восставших местная полиция и силы по борьбе с беспорядками, бросив часть своего вооружения. Мародёры разгромили многие магазины, несколько дней постоянно слышалась стрельба.
Всё это сильно напоминает февральские события 1917 года в Петрограде, но с одним важнейшим отличием - Петроград тогда был не исторической столицей, а, так сказать, действующей. В Казахстане же в действующей столице, которая пока по-прежнему называется Нур-Султан, власти ничего не угрожало, хотя протесты проходили и там.
Тем не менее, потеря крупнейшего города страны (к чему нужно добавить и утрату контроля над девятью областными центрами из четырнадцати, и массовые забастовки, парализовавшие значительную часть экономики) имела стратегическое значение. И если бы не войска Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), то режиму Токаева вряд ли удалось бы выйти из сложившегося для него к ночи на 6 января весьма сложного, если не отчаянного, положения. Собственно, сама просьба об оказании военной помощи говорила о том, что Токаев оценивал ситуацию именно так.
Но почему силовики, до сих пор являвшиеся надёжной опорой режима, так быстро оказались несостоятельными? Думаю, здесь сказались и нежелание защищать власть, вызывающую общее недовольство (силовики ведь тоже живут не на Луне), и неуверенность в том, что протестам можно успешно противостоять. Ещё три десятилетия назад один знакомый милицейский генерал говорил мне, что против активной многотысячной толпы никакой ОМОН (полиция по борьбе с беспорядками) не устоит, какими бы подготовленными ни были его бойцы.
На своих военных Токаев рассчитывать тоже не мог - ему докладывали, что армия ненадёжна. Собственно, военные, если они, конечно, не имеют собственных политических амбиций, обычно в подобные события не вмешиваются - армия нужна любой власти, а рисковать ради непопулярного режима никто особенно не хочет. Вот и пришлось обращаться за помощью извне.
Договор о коллективной безопасности не предусматривает оказание помощи в подавлении «внутренних врагов». Поэтому, чтобы оправдать, по сути, незаконное решение о вводе войск, МИД РФ выпустил очередное абсурдное заявление, объявив протесты в Казахстане как «инспирированную извне попытку насильственным путём, с использованием подготовленных и организованных вооружённых формирований, подорвать безопасность и целостность государства». Казахстанские власти позднее стали рассказывать о неких 20 тысячах террористов, совершивших «нападение на Казахстан».
На самом деле протесты в Казахстане никто заранее не планировал. Возмущение инспирировали не какие-то внешние террористические силы, а сама антинародная политика властей. Повышение пенсионного возраста, высокая инфляция, жёсткие коронавирусные ограничения, колоссальное социальное неравенство и отсутствие «социальных лифтов», коррупция, произвол - всё это серьёзно подорвало рейтинг власти, уже в прошлом году составлявший всего 20 процентов. А повышение вдвое цен на сжиженный газ (причём в разгар новогодних праздников), который там используют не только для автомобилей, но и для отопления, стало последней каплей, после которой произошёл «социальный взрыв». Кстати, он вполне просчитывался по результатам недавних социологических исследований, но власти не обратили на них никакого внимания.
То, что какие-то иностранные спецслужбы организовали, например, протесты рабочих в Жанаозене, с которых и начались протестные акции по всей стране - это просто смешно. Рассуждать о подобных вещах могут лишь те, кто никогда ничего не проводил.
Мне же, как человеку, который полжизни занимается проведением общественных акций, прекрасно видно, что уровень организации протестов в Казахстане (и в особенности в Алма-Ате) был просто никакой. Хаотичная беготня по улицам, беспорядочные атаки на административные здания, добровольное оставление захваченных объектов (как, например, алма-атинского аэропорта) - всё это говорит об отсутствии заранее намеченных планов и авторитетных лидеров.
Если протестом руководят какие-то организованные силы, то события происходят по совсем другому сценарию. Скажем, после захвата столичной администрации на сцене появляется какой-нибудь, условно говоря, Революционный совет, который заявляет, что теперь он является органом государственной власти, и предпринимает усилия по установлению контроля над столицей, да и над всей страной. Вместо этого восставшие, захватив правительственное здание, просто грабили его, а затем убегали. Даже самые примитивные террористы так не поступают.
Не существовало и какого-то единого для всей страны согласованного списка требований. Требования трудовых коллективов являлись в основном социальными: повышение заработной платы на 100%, отмена результатов «оптимизации», т.е. сокращения работников, улучшение условий труда и свободы профсоюзной деятельности. На многих акциях скандировали «Дед, уходи!», имея в виду Назарбаева. Но лишь бессрочный митинг в Жанаозене сформулировал внятные политические требования: отставка всех назарбаевских чиновников (сначала требовали и отставки Токаева), восстановление Конституции 1993 года и связанных с ней свобод на создание партий, профсоюзов, освобождение политзаключенных и прекращение репрессий. Это уже классические требования, характерные для буржуазно-демократической революции.
Собственно, протесты и могли быть только стихийными. Ведь авторитарный режим Назарбаева десятилетиями вытаптывал политическое поле, полностью уничтожив всю политическую оппозицию. В Казахстане, как, собственно, и в России, «наверху» искренне считали, что народ не способен на протест без «зачинщиков» - отечественных или иностранных. Почему они так считали, непонятно, но теперь уже ясно, что просчитались. Не сомневаюсь, что, когда начались волнения, казахстанские власти искренне пожалели об отсутствии авторитетной оппозиции, способной контролировать бунтовщиков. Но увы - такой оппозиции в Казахстане сейчас нет. Кстати, именно с этим и связаны многочисленные погромы - погромщиков просто некому было обуздать (тем более, что ходят упорные слухи о том, будто для дискредитации протестов власти выпустили из тюрем уголовников). Правда, в последние дни приходили сообщения о попытках установления протестующими «революционной законности», но было уже слишком поздно.
Не будем себя обманывать - даже при «чистой» победе в Казахстане буржуазно-демократической революции власть досталась бы тем, кто может быстро сорганизоваться, то есть каким-то группам, связанным с крупным капиталом. Тем не менее, такая победа дала бы возможность достаточно свободно работать и организациям трудящихся, которые быстро набрали бы политический вес.
Но получилось иначе. Ввод сил ОДКБ, основу которых составили российские десантники, создал психологический перелом. Казахские силовики воспрянули духом и приступили к активному «наведению порядка». Было арестовано порядка тысячи человек, но только местных, иностранных террористов среди них не оказалось - все они якобы бежали. Единственным иностранцем, которого попытались выдать за такого террориста, был киргизский джазовый музыкант, но после протестов властей Киргизии его пришлось освободить. На вопросы недоверчивых граждан о том, где же тела убитых террористов, власти ответили нечто уже совсем несуразное - дескать, всех убитых негодяи забрали с собой, даже тела из моргов утащили (!).
Так или иначе, напряжение спало, и тут Токаев сделал шаг, которого от него никто не ожидал. Все наблюдатели считали, что войска ОДКБ останутся в Казахстане надолго, но уже 11 января, через четыре дня после развёртывания войск, было объявлено, что «миротворцы» должны уйти, и это стало явной неожиданностью даже для российского руководства.
На самом деле всё было вполне логично. Об отсутствии мифических тысяч боевиков руководство Казахстана, конечно, знало, а первоочередные требования реальных протестующих уже были частично удовлетворены. Я имею в виду и часть экономических требований, и уход Назарбаева и идущую полным ходом зачистку госструктур от его соратников. С другой стороны, продолжительное пребывание войск ОДКБ подорвало бы позиции Токаева, а так оно стало лишь коротким эпизодом, который не даст оснований националистам обвинить его в «предательстве».
На какой-то момент обстановку удалось разрядить. Тем не менее, для долговременной стабилизации в Казахстане требуются системные преобразования, без которых не устранить глубинные причины недовольства - что называется, «перезагрузка» власти. Свержение диктатора - это очень важный момент, который может стать первым шагом в процессе демонтажа авторитарного режима, но если ничего больше не делать, ситуация может снова накалиться.
И она уже начала накаляться. В Актауской области, там, где 2 января начались протестные выступления, рабочие-нефтяники вновь проводят бессрочные митинги с требованиями повысить зарплату, прекратить политические репрессии и т.д. - то есть с теми требованиями, которые так и не были удовлетворены. Означает ли это начало нового этапа революции или она всё же останется незавершённой, пока сказать трудно.
х х х
Контактные телефоны Всероссийского профсоюза работающих пенсионеров: (967)052-78-58, (967)145-55-44. Представитель профсоюза ведёт приём по средам с 14 до 18 часов в штабе Всероссийского офицерского собрания по адресу: г. Москва, 4-й Монетчиковый пер., д.7 (метро «Павелецкая»). Адрес электронной почты профсоюза profsoyuz.pens@gmail.com.
Мы вновь призываем широкую общественность поддержать нашу петицию:
http://chng.it/KmzJyjntd5, в которой выражено требование прекратить драпировку (закрытие панелями оформления) Мавзолея В. И. Ленина во время празднования победы советского народа в Великой Отечественной войне.